Когда быть сильной больше не в силах: новая глава жизни Любы
Люба, ты куда? донёсся голос свекрови из кухни. Собрание же через полчаса начинается!
Люба замерла в прихожей. В руках держала дверь и сумку, но внутри словно что-то оборвалось. Без резких движений, без громких звуков просто невидимая нить, на которой всё держалось, тихонько ослабела.
Никуда я не иду, Нина Васильевна, ответила она, ставя туфли обратно в угол. Передайте Марии Степановне, что наследство я не оспариваю. Свекровь вышла, держа кухонное полотенце.
У тебя что, температура? Мы же полгода над этими бумагами трудимся! возмущалась она. Из-за квартиры твоего дядьки вся родня перессорилась!
Вот пусть и ссорятся дальше. Без меня,- сказала Люба и, пройдя в спальню, легла на кровать, закрыв глаза. За стеной слышались шум и суета, но она не реагировала. Впервые за долгие тридцать пять лет она просто лежала, позволяя другим заботиться о делах.
Обжитая ответственность
Всё шло по привычному расписанию: утренние хлопоты по дому, завтрак, заботы о семье. Свекровь снова попросила отвезти её к нотариусу по поводу завещания. Три месяца мучений и нервов, а Люба каждый раз сидела в душном коридоре, пока другие делали выбор о наследстве.
А теперь, когда свекровь собиралась к сестрам, которые занимали всю квартиру с их многочисленными сумками, Люба поняла: она больше не может продолжать в том же духе.
Новый взгляд на жизнь
Когда муж вернулся домой, он заглянул в спальню. Люб, ты чего? Заболела?
Нет, с трудом произнесла она. Я просто устала быть сильной. Устала всё решать, организовывать. Хочу просто полежать. Слова, произнесённые без особых эмоций, произвели на Валеру значительное впечатление.
На следующий день она снова осталась в постели, сбрасывая звонки. Сёстры пришли и принялись устраивать скандал из-за её бездействия. Люба лишь вздохнула, когда они уехали, а свекровь замкнулась в своей комнате. Вечером муж снова попытался понять, что происходит, но Люба лишь ответила: Я не хочу больше быть той, на которой всё держится.
На пятый день ситуация кардинально изменилась. Люба заметила, что свекровь сама стала готовить, а сын стал более самостоятельным. Без неё всё работало. С каждым днём Люба ощущала всё большую свободу она читала, слушала музыку, смотрела в окно.
Возвращение к себе
Через месяц Люба наконец встала, оделась и вышла на кухню. Семья насторожилась: она снова взяла на себя часть ответственности, но теперь на её условиях. С сёстрами разберёшься сам, объявила она мужу. Я постригусь и запишусь на курсы английского.
Для Валеры это стало знаком. С каждой минутой, проводимой с Любой, он понимал: важно быть не только женой и матерью, а женщиной, обладающей своей жизнью. И теперь они вместе могли находить баланс.
Люба стала сильнее, позволив себе быть слабой. А в ответ мир оказался не таким уж и хаотичным. Просто изменился взгляд на жизнь.